Неизвестный Лермонтов Михаил Юрьевич
Ночевала дева молодая
На груди поэта-разгильдяя.
Утром на работу встала рано,
Сумочку достав из-под дивана.
Но остался на груди поэта
След помады девушки прекрасной.
Он лежит и силится напрасно
Вспомнить имя девушки вот этой…
* * *
Уж сколько сдохло гениев-поэтов
За двести шестьдесят прошедших лет,
Что надоело говорить об этом…
А про меня стихотворенья нет!
Когда убили Пушкина — я сразу
На смерть поэта набросал стишок.
На смерть мою же ни одна зараза
Не сочинила даже пары строк!
За то, что я обеими руками
Расшатывал самодержавья столп,
Могли бы справедливыми строками
Воспеть и мой пробитый пулей лоб!
Хоть пару строф! Мне не нужна поэма!
Ни мадригал не нужен, ни сонет!
«Поэт и смерть» — ужель плохая тема?
Но, видно, средь поэт джигитов нет…
* * *
В долине горной Дагестана
Лежал в похмелье диком я.
Ремень на чресла сполз со стана
Журчала Терека струя.
В струе прохладной и хрустальной
Мочил я голову свою.
И думал тихо и печально:
«Зачем, зачем я столько пью?»
Зачем вчера скакал под пули
И сеял ужас средь черкес?
Зачем, воскликнув «Ой-ли-люли!»*),
В окно к прекрасной Бэлле влез?
Зачем Максимыча Максима
В аул за чачей посылал,
А к той поре, как он вернулся,
Его я в карты проиграл?
Вчера вечернею порою
Я был героем всех времен.
А нынче труп мой под горою
Приманкой служит для ворон.
С тоски мне впору удавиться,
Иль в грудь свою вонзить кинжал…
Денщик зовет опохмелиться?!!
Конец стихам! Я побежал.
*) Выражение выхолощено царской цензурой.
* * *
С отрадой я гляжу на наше поколенье,
Что смело действует и дерзко, и умно,
Без лишних слов и дум, сомненья, промедленья
К богатству нынче движется оно.
Иные лишь шагнут в кровать из колыбели —
Уж чем ни попадя готовы торговать!
С цинизмом, с наглостью идут к заветной цели,
На всех и вся им глубоко плевать…
За норму прибыли удавят мать старушку,
За пачку акций не помилуют отца.
В европы ездиют, живут на всю катушку,
Кругом сорят деньгами без конца!
На смену нам придет другое поколенье —
Все после Оксфорда, с филфака МГУ!
Они осудят нас за наши преступленья
И честно долгий век свой проживут!
Но только бедно.
К сожаленью.
* * *
Однажды русский генерал
В горах Басаева поймал.
Шамилю ногу отрубил
И снова в горы отпустил.
* * *
Волны магнитные, вечные путники
Света со скоростью, с целью неясною
Мчитесь вы через тарелки и спутники
От передатчика в стороны разные…
Что же вас гонит? Открытье поповское?
Промысел Божий? Мембран колебание?
Всем сообщаете время московское —
Видите в этом и смысл, и призвание?
Жаль мне вас, волны, рабы излучателей!
Нет у вас Родины, чести и совести,
Тупо доносите до получателей
Спорт и музЫку, погоду и новости…
Я же как вы же — с туманными целями,
Всеми гонимый — царями, красоткою,
Я наполняю вином и дуэлями
Жизнь беспросветную, ультракороткую…
* * *
Недрогнувшей рукой схватив кинжал,
За мною горец в горы побежал.
Пред ним, не понимая ничего,
Бегу и я, спасаясь от него…
© 2003 "Красная бурда"
