Кому нужна отставка Киркорова?  

Несчастливый билет. Глава 2

Детективная повесть

II

Старший следователь Михаил Петрович Орлов, эксперт-криминалист Круглова и сержант Шнурко вышли из милицейского "УАЗика" и подошли к задней двери троллейбуса. Со звуком лопнувшей шины дверь открылась, но по плотной массе слипшихся тел было понятно, что войти в салон будет непросто.

—  Граждане! Пройдите дальше в салон, там же совершенно свободно! — попросил Шнурко.

—  Не, нам туда незачем. Мы все здесь стояли, когда его там, у передней двери, кокнули! —  послышался сдавленный голос со стороны потолка.

Было слышно, как кто-то попытался возразить, но тут же приглушенно ойкнул.

—  Да идите сюда, здесь он лежит! — из передней двери выглядывал водитель и приветливо махал рукой.

Опергруппа торопливо направилась к месту происшествия.

Кондуктор одиноко лежал на передней площадке, неловко подвернув рулон с билетами и глядя остекленевшими удивленными глазами в пол. Казалось, он просто прилег отдохнуть в небольшую лужицу крови.

—  Вот он! — водитель подошел к трупу, несколько раз обошел вокруг, пару раз лениво пнул его ногой.

—  Шабаш, отъездился! — сплюнул он с досадой и пошел в кабину за домкратом.

— Так, граждане пассажиры, — громко объявил Орлов, — произошло убийство! Прошу всех оставаться на своих местах!..

Водитель принес домкрат, и они вместе с сержантом перевернули труп на спину. На лбу несчастного кондуктора шариковой ручкой было крупно выведено слово "козёл".

"Знакомый почерк", — подумал следователь.  — "Похоже, что здесь поработал Заяц. Хотя нет, Заяц ведь форточник. Он трус, он на мокрое не пойдет..."

Кроме надписи на лбу убитого, следователя смутило, что в троллейбусе было человек сто, в то время как троллейбус был расчитан всего на семьдесят шесть сидячих и стоячих мест.

Михаил закурил и задумался.

К действительности его вернул легкий хлопок по плечу.

— А? Что? — встрепенулся Орлов.

— Я говорю, там люди просят заднюю дверь закрыть, — доложил сержант Шнурко, — а то держаться очень трудно.

— Ах, да-да, закройте, конечно, — рассеянно пробормотал Михаил. — Ну и, там, чаю, что ли, распорядитесь...

Орлов выбросил сигарету в форточку и повернулся к убитому. Труп уже был обведен аккуратной меловой чертой. Эксперт Ниночка Круглова уже "колдовала" над убитым, негромко напевая себе под нос. Что-то привлекло внимание следователя. Конечно! Аппетитная Ниночкина задница уже давно не давала ему покоя. "Даже под пальто", — заметил он и усмехнулся. Затем, мотнув головой, словно стряхивая наваждение, спросил:

—  Когда наступила смерть?

—  Смерть, Мишенька, всегда наступает не вовремя, — Круглова еле заметно улыбнулась одними глазами, — а если тебе действительно интересно — тридцать-сорок пять минут назад.

—  Свежачок... А пассажиры нервничают. Заканчивайте здесь. А я к ним пойду, а то гикнется еще кто-нибудь от нервных потрясений, и ладно бы убийца, а если свидетель важный?

Орлов повернулся к пассажирам. Передняя половина салона была свободна, зато сзади люди стояли, тесно прижавшись друг к другу, некоторые сидели по пять-шесть человек на одном сидении. И только у средней двери сидела, обнявшись, влюбленная парочка. Ни на кого не обращая внимания, они жадно целовались взасос. По подбородкам у молодых людей бежали слюни...
Глядя на них, Орлов неприязненно подумал: "Вот из-за таких равнодушных и гибнут люди..."

В полутора метрах от убитого сидела молодая женщина с годовалым ребенком на коленях. "Маловероятно, чтобы мамаша с ребенком были убийцами, — подумал следователь, — Хотя... всякое бывает".

—  Так, граждане пассажиры, — громко произнес он вслух. — Следствию нужна ваша помощь. Кто из вас убил кондуктора? Не спешите, вспомните хорошенько!..

Повисла тяжелая пауза. Слышно было, как в салоне работает печка.

—  Шнурко, попросите водителя, чтобы печку выключил, — распорядился Орлов, — а то ведь через пару часов пахнуть начнет!

— Хорошо, что сейчас зима, — отозвалась Круглова.

— Как через пару часов?! —  заволновался какой-то очкарик. — Я не могу так долго тут сидеть, мне надо идти!

—  Всем надо идти! — возразил ему из кто-то из пассажиров.

—  Я на концерт опаздываю!

—  Все на концерт опаздывают!

—  Я директор филармонии!

—  А я этот... как его... Спиваков! — сказал какой-то краснорожий бугай, сидевший один на двойном сидении, и громко заржал.

—  Между прочим, — перекрывая ржание, строго произнес Орлов, — между прочим, мы вообще имеем право задержать вас в этом троллейбусе сроком до тридцати суток!

По салону прокатился возмущенный ропот. Ребенок на руках у женщины зашелся плачем, она принялась его успокаивать, приговаривая:

—  Ну тише, Васенька, тише! Ну посмотри, никто не плачет, один ты плачешь! Вон видишь, дядя лежит тихонько. Ему больно было, а он не заплакал, и ты не плачь!..

—  Вот до чего нас довела эта демократия, — раздался голос старушки с авоськой пустых бутылок. —  Раньше такого не было. Раньше как было? Никаких тебе кондукторов. Совесть была лучшим контролером!..

—  Успокойтесь, гражданочка, успокойтесь, — сказал Орлов, — мы обязательно запишем вашу версию. Сержант занесите в протокол: "Банду Ельцина под суд!" Да, "под суд", записал? Успокойтесь, гражданочка!

Но старушка не унималась.

—  Надо выходить на улицу, иначе ничего не изменится, и будем ездить с убитыми кондукторами, товарищи! Вставайте под знамя борьбы! Вставайте, товарищи!

Краснорожий парень снова заржал.

—  Эх ты, боров! — накинулась на него старуха. — Чем смеяться, лучше уступил бы место старому человеку!

—  Не могу, — парень дурашливо развел руками, — следователь просил всех оставаться на своих местах!

—  Тихо! — крикнул следователь. — Я сказал, что мы можем вас задержать! Но мы можем вас и отпустить, если вы своими правдивыми показаниями поможете следствию.

—  Вот вы, гражданин, — обратился следователь к подтянутому мужчине с лыжами в руках, — вы не заметили ничего странного в поведении кондуктора?

—  Заметил, заметил, как же! — с готовностью закивал лыжник. — В его поведении не было никакой логики!

—  Что вы имеете в виду?

—  Он был какой-то... рассеянный, что ли... На вопросы отвечал невпопад. Я ему говорю: "Вы сколько в месяц получаете?" А он мне: "А вы проезд оплатили?.."

—  Ну вот, видите, — это уже кое-что! — обрадовался Орлов. — Поактивнее, товарищи, поактивнее! А теперь — внимание, следующий вопрос: кто последним видел кондуктора живым?

—  Я видела, — от задних дверей протиснулась женщина с санками. — Я видела! Я ему только деньги отдала, он мне билет протягивает, я смотрю на него — а он уже мертвый!..

И она снова зарыдала.

Орлов внимательно посмотрел на женщину.

"А она ничего, — подумал он. — На вид лет 30-35. Волосы светлые, прямые. Глаза карие. Особых примет не имеет. Вот бы..."

—  И знаете что, товарищ милиционер, — женщина вдруг перестала плакать и вплотную придвинулась к Орлову. — Мне кажется, что убийца — вот он!

Она ткнула пальцем в сторону директора филармонии. Весь троллейбус ахнул. Вокруг очкарика мгновенно образовалось свободное пространство.

—  Это почему вы так решили? — поинтересовался Орлов.

—  А он не оплатил проезд. Я давно за ним наблюдаю!

—  Ну и что же что не оплатил?

—  Как что? Тоже мне следователь! Раз он не оплатил проезд, значит он знал, что скоро его можно будет вообще не оплачивать!..

— Ага-а, так-так-так! — Орлов повернулся к очкарику. — Гражданин из филармонии, пройдите сюда, пожалуйста!

Люди расступились, и перепуганный гражданин подошел к следователю.

—  Скажите-ка мне, где вы находились, когда пассажиры обнаружили, что кондуктор мертв?

—  Видите ли, я выходил... — пробормотал директор.

—  На ходу?!

—  Нет-нет, вы не поняли... Э-э... Просто мне уже надо было выходить, а народу было много, вот я и пробирался к выходу.

—  Так, интересно у вас выходит... И как быстро вы это делали? И в какую дверь вы собирались выйти?

—  В заднюю... — директор филармонии густо покраснел и начал нервно протирать очки. — А что?.. На что вы намекаете?

—  Я ни на что не намекаю, — с нажимом проговорил Орлов. — Я тебя, падла, насквозь вижу! Интересная картинка получается: на передней площадке убит кондуктор, в салоне паника, а вы энергично продвигаетесь к выходу!..

У очкарика задрожали губы. Казалось, он вот-вот заплачет.

—  Я никого не убивал! — крикнул он истерически. — Его убивал не я, а... а кто-то другой!

—  И кто же? — язвительно спросил Орлов. — Кто же убил, если не вы? Поделитесь с нами, нам всем так интересно! Может, это я убил кондуктора, а?

Пассажиры подобострастно захихикали.

—  Сержант Шнурко, отведите подозреваемого в машину! Все остальные свободны пока.

Люди облегченно вздохнули.

—  Граждане пассажиры, — снова обратился к ним следователь, — все вы, как свидетели, будете приглашены повесткой к нам для беседы. А пока идите по домам и без паники.

—  Ниночка, заканчивайте с трупом. Не забудьте потом снять отпечатки пальцев со всех поручней.

Круглова шутливо козырнула и принялась за работу.

—  Значит так, сержант, — повернулся Михаил Петрович к возвратившемуся Шнурко, — я буду говорить, а вы записывайте. "Осмотр места преступления. Троллейбус старый, 1982 года выпуска, на пятом сиденье справа продольный разрез, края рваные, заштопано коричневыми нитками... Окна в салоне покрыты толстым слоем инея, на инее обнаружены отпечатки рук в виде ног... Успеваете, сержант? Продолжим...


Продолжение следует...

© 2000 "Красная бурда"


Далее в рубрике: Глава 03
Другое из раздела "Детективная повесть"
Глава 29
Глава 38
Глава 37
Глава 36
Глава 35
Еще Вы можете прочитать
Доступные проекты
ДУША ПРОСИТ ПРАЗДНИКА!
Спруты всех стран, переплетайтесь!
Идут вразвалочку реформы русские
КТО ПЕРВЫЙ ВСТАЛ, ТОГО И БАБКИ!
Магнит "Плавание в открытой воде"
49
рублей
Магнит "Плавание в открытой воде"
Красная бурда №2 - 2009
199
рублей
Красная бурда №2 - 2009