Этим летов свыше ста скипидарских эксгибиционистов приветливо распахнут свои плащи для горожан!  

Несчастливый билет. Глава 26

Детективная повесть

26

Панихида по Аркадию Аркадьевичу Сикуляру была назначена на вторник, в шестом ангаре троллейбусного депо, в двадцать два часа пополудни. Сообщение об этом появилось в газете “Вчерашний Горноуральск”. Именно необычно позднее время для прощания с усопшим убитым и насторожило капитана Орлова.

В полдень Михаил Петрович и еще семеро вооруженных оперативников тайно, через отверстие в заборе, пробрались на территорию троллейбусного парка и спрятались в ангаре номер шесть за кучами старых покрышек.

Ровно в без десяти двадцать два в огромном и плохо освещенном помещении начал собираться народ. Орлов никогда еще не видел столько кондукторов разом. Все как один с кондукторскими сумками, с отрешенными физиономиями и невидящими глазами, эти люди, не здороваясь и как будто не замечая  друг друга, заходили в помещение и занимали каждый свое, словно кем-то обозначенное место. Орлов был потрясен тем, что почти две сотни подчиненных одновременно так искренне скорбят о смерти своего начальника!

Вслед за кондукторами в зал протискивались и рабочие-ремонтники, и бухгалтера, и уборщицы, и дорожные работницы, — все как один с тем же тупым и серьезным выражением на лицах. Несмотря на полумрак, никто не щипал женщин, не шутил и не смеялся.

* * *

Народ все прибывал и прибывал. У входа суетился какой-то человечек с фонариком в руке. По всей видимости, один из устроителей панихиды.

— Товарищи, проходите в зал, середина совершенно свободна, не стойте у входа!

— Пока двери не закроются, я собрание не начну! — донесся откуда-то из-под потолка грозный мужской бас, усиленный динамиками. Голос этот показался Орлову подозрительно знакомым.

Скорбящие засуетились, поднатужились и дверь ангара с шипением закрылась. Люди плотной толпой окружили кузов старого троллейбуса с номером “666” на борту.

Орлову показалось, что большинство из них находится в трансе. Участники панихиды стояли, как бы замкнув огромный круг, и передавали друг другу мелочь. При этом они монотонно повторяли фразы, напоминавшие заклинания: “Передавайте на билеты”, “На линии работает контроль”, “Предъявляем документы в развернутом виде” и что-то еще неразборчивое. Иные, закатив глаза, выкрикивали название троллейбусных остановок. Несколько человек задумчиво жевали троллейбусные, видимо, “счастливые” билеты.

* * *

“Как же я сразу не догадался! — негромко хлопнул себя по лбу капитан Орлов. — Это секта! Настоящая секта!” Капитану милиции стало жаль этих оболваненных и, скорее всего, зомбированных людей.

Тем временем, один из организаторов надел резиновые рукавицы и потянул на себя две свисающие с потолка веревки. Свет в зале погас и тут же загорелись троллейбусные покрышки, за которыми прятались оперативники. Милиционерам, чтобы не получить ожогов, пришлось слиться с толпой и тоже принимать участие в общем безумном спектакле.

Внезапно в центре круга появилась небольшая группа из женщин и мужчин, на которых из одежды были лишь кондукторские сумки. Под ритмичные хлопки и крики окружающих они принялась исполнять какой-то дикий и непонятный танец — нечто среднее между ламбадой и макареной.

Теперь, кроме пылающих покрышек, по всему периметру ангара задымились еще и огромные мотки толстого провода. Аромат горелой резины и изоляции повергал участников шабаша в еще более глубокий транс.

Кто-то негромко бормотал-молился: “… тот прочтет число Зверя, ибо число это — человеческое: сумма цифр справа должна быть равна сумме цифр слева…”

* * *

Вдруг толпа расступилась, и в центр людского круга медленно и торжественно вкатился массивный гроб на четырех больших троллейбусных колесах. В гробу покоился виновник торжества — Аркадий Аркадьевич Сикуляр, как был в момент убийства — в косо сидящей меховой шапке, в выбившемся из-под пальто пестром шарфе, с испугом в незакрытых глазах. В сложенных на груди руках покойника торчал оторванный билет.

“Билет в последний путь, — догадался Орлов. — или в рай…” Приглядевшись, капитан увидел, что билетов в руках у убитого начальника было два — видимо, за себя и за гроб. Кроме того, вокруг шапки Сикуляра была уложена бумажная лента с витиеватой надписью “Проезд — 2 р. 00 коп. Провоз багажа — 2 р. 00 коп.”

В задних рядах тихонько завсхлипывали и запричитали женщины:

Чуть-чуть не застал, родимый, повышения платы за прое-е-езд. То-то бы порадовался Аркашенька-а-а!

Из дальнего угла послышалось заунывное, странное и страшное песнопение: “Пою тебе, о бог Фарадей, ты, что соединяешь сопротивление и индуктивность... Ток наш насущный дай нам на каждый день…” — удалось разобрать Орлову, и по спине его пробежал… нет, не ток, а всего лишь мурашки.

Стали вносить венки. Скромные еловые, обвитые контактным проводом и роскошные, из живых цветов, украшенные билетными лентами. Орлов в полумраке читал надписи: “Спи спокойно до Конечной!”, “От коллектива верующих в Совесть Пассажира!” Вдруг внесли венок с надписью: “Собаке собачья смерть!” Несший его мужичок огрызался на возмущенно зашикавших на него:

— От старобабинских похорон остался, не выбрасывать же!..


Продолжение следует...

© 2000 "Красная бурда"


Далее в рубрике: Глава 27
Другое из раздела "Детективная повесть"
Глава 13
Глава 38
Глава 37
Глава 36
Глава 35
Еще Вы можете прочитать
Доступные проекты
ДУША ПРОСИТ ПРАЗДНИКА!
Спруты всех стран, переплетайтесь!
Идут вразвалочку реформы русские
КТО ПЕРВЫЙ ВСТАЛ, ТОГО И БАБКИ!
Красная бурда №4 - 2012
199
рублей
Красная бурда №4 - 2012
Красная бурда №5 - 1998
199
рублей
Красная бурда №5 - 1998