Стары-то люди сказывали – давно это было. Еще при Володимире Красном Солнышке жила на селе возля Киева красна девица, добрая-щедрая-веселая. А уж красоты неписаной – не в сказке сказать, ни в рэпе прошептать. Заначей её звали, Заначкой значит, ну или ласково – Заначечкой.
Жила бы она не тужила, да пошла однажды погулять в Киев на День города и увидел там её сам князь Владимир Красное наше соответственно светило. И полюбил он её пуще прежнего, ну то есть была у него жена любимая на то время, да и не одна, сказывають. А вот не мог он устоять перед красотишшей-то эдакой. Ну и скрутило дяденьку, слаб он был на энто дело потому как.
Во-о-от.
Ну и взял он её к себе жить. Ну там в сенях или на лавке, не знаю, но щаслив был с ней – ну вот разум весь потерял.
Да вот беда – взревновала ужасть как жена его к этой Заначке. Ну и подстерегла однажды девку – и плеснула в неё ну там кирасину или кислоты какой, не знаю. Обычай был тогда такой у жен княжеских.
Ну вот и сгинула красавица Заначка не за солоно хлебавши.
А князь-то печаловался до-о-о-лго, сказывають. А потом указ издал для всех мужуков расейских. Чтобы, значить, если заведется у них любофь какая или зависимость, так прятать её от жены любимой. Да где угодно – хоть в тереме светлом-высоком, хоть в бачке от унитаза, хоть в принтере лазерном - и называть её ласково Заначечкой.


